В сентябре на острове и земля красна, словно леший вытряхнул угли из окна.   Чья судьба по берегу краешком прошла? Поглядела на небо — небо, как зола.   Поглядела под ноги — высохли грибы. Постояла около нежилой избы.   Это…

Еще закаты маяками горят, но вот моряны свист раздался, и упал на камень березы-плакальщицы лись.   Ему качаться бы на ветке да слушать птичьи голоса, да веселить огнем расцветки нахмуренные небеса.   Но лист упал… И вот по селам заулюлюкали…

Пришла и все переменила: раздела ивы донага, соединила берег, снегов насыпала в лога, пересчитала все стога и все заботы отменила.   Еще вчера царила темень, а нынче странно и чудно сидеть на лавке и в окно смотреть, как на экран…

В сентябре на острове раскрасным — краснехонько! — На кустах калиновых ягода целехонька. Вся, как есть, не тронута, ветром не оборвана, а горит — красуется на четыре стороны. Чтоб ее заметили и такой запомнили, чтоб сорвали спелую — горький привкус…

Валентину Устинову   Чинить мотор. Сосну валить. Палить костер. Баркас смолить.   Ходить на дальний остров Картеш. Сушить и ставить невода. Мрачнеть, когда швыряет катер на скалы вольная вода.   Ловить треску. Ворчать на чаек. Смотреть в окно, в сырую…

Сколько трещинок на днище, столько линий на руке. На песке тоскуют лодки, словно пальцы на виске.   Разбежались да остались — море Белое ушло. Острым холодом рассвета лодки старые свело.   Дожидался долгий берег заблудившейся воды, а на дне морские…