РИЛЬКЕ РАЙНЕР МАРИЯ
(1875-1926)
БДЕНИЯ
(Из книги «Жертва ларам»)
I
Уже спят поля глухие,
Только сердцу сон не мил.
Уже парус свой багряный
Вечер в гавани сложил.
Бденье в сладких сновиденьях!
Ночь проходит чрез страну
И в руке своей вздымает
Белой лилией луну.
II
Опершись на подоконник
И раскрыв окно, мечтаю.
Месяц серебристой прядью
Колокольню оплетает.
Узок двор и небу тесно
С одиноким говорить —
Но и горсти звезд довольно,
Чтоб всю жизнь мне озарить.
III
Чу! Ночи замолкли шаги
В задремавшей дали.
Моя лампа звенит на столе,
Как кузнечик в тиши.
На полке книг корешки
Золотеют огнем.
Это — странствий моих мосты:
В царство фей уйдем.
ДАНТЕ ГАБРИЭЛЬ РОССЕТТИ
(1828–1882)
ОЧИ ЛЮБВИКогда ты ближе мне, о друг мой дорогой?
Когда в сияньи дня перед твоим лицом
Я чту, как божество пред светлым алтарем,
Любовь, через тебя постигнутую мной?Иль в поздний час, когда склоняется ко мне
Твой смутный лик, и в таинстве молчанья
В неуловимых сумерках мерцанья
Сокровища души слышнее в тишине?Любовь моя, любовь! Когда б во дни весны
Я тщетно воскрешал потерянные сны
И навсегда твои закрылись вежды –Как страшен был бы крыльев смерти жадной
Зловещий шум над жизнью безотрадной!
Как, шелестя, опал бы цвет надежды!
ПОКЛОННИЦЫ ЛЮБВИЕсть женщины: их тешит бог Любви
Своей безвольной золотой стрелою
В часы досуга резвою игрою;
Другие слушают с огнем в крови
Его серебряной свирели ласку;
Целуют крылья, радуясь, что он
Едва явился — и исчез, как сон;
Иные хвалят глаз его повязку.Тебе лишь сердце дорого Любви.
И создал для тебя влюбленный Бог
Из чудных веток и цветов чертог,
И, преклонясь, лучистые твои
Глаза лобзает под волной волос
Лобзанием бессмертия и грез.
СЛАДОСТЬ ЛЮБВИРаспущенных волос ее волна,
Объятья нежных рук, улыбки трепет,
И вздохи томные, и тихий лепет,
И взор любви, и счастья тишина:
Лобзать уста ее, глаза и шею
И снова свежих уст дыханье пить –
Что может душу чистую пленить
Еще неотразимей и сильнее?Доверие сердец, где всякий страх
Исчез, и крыльев духа быстрый взмах,
И кроткое успокоенье их,
Когда, стремясь в заоблачную высь,
Они почуют, как в любви сплелись
С полетом крыльев дружеских моих.