Сорок первый
Скрипнула внизу входная дверь.,
Затворилась с грохотом знакомым…
Вот и все. Не слышно мне теперь,
Как ты удаляешься от дома.
Я стою на лестнице одна…
Словно солнце в мире погасили!
Тише, сердце!.. Нынче ведь война,
Помоги мне боль мою осилить.
Старый клен колышется во сне —
Тень струится зыбкая к порогу…
В этот час по всей моей стране
Провожают путников в дорогу.
И поют на тысячи ладов
Двери — уходящим на прощанье.
Женщины стоят в тени садов,
Путники скрываются в тумане…
Сколько в сердце света и любви —
Столько в сердце гнева и печали!
Над рекою — облако в крови,
Наш корабль, горящий на причале…
1941
Лавка букиниста
Напротив Оперы когда-то
Был балаганчик меж домов.
Там букинист подслеповатый
Среди растрепанных томов
Сидел на шаткой табуретке
И чай на плитке кипятил…
В лавчонку ту за книгой редкой
Порой Довженко заходил…
Снежок обтопав на пороге,
Еще здоров и невредим,
Сюда с корпункта по дороге
Спешил Охрипенко Вадим.
Покончив к вечеру с делами,
Блистая ранней сединой,
Здесь над поблекшими томами
Склонялся Рыльский в день иной.
И, стариной не увлеченный,
(Он книг пожухлых не листал),
Сосюра, радостно-смущенный,
Здесь нам стихи свои читал…
…Иду знакомою дорогой —
Все та же будто бы зима.
Лишь нет лавчонки той убогой,
Теперь здесь новые дома.
Но место есть —
Под снегопадом
Иду, полузакрыв глаза,
И зазвучат вдруг — близко, рядом —
Живые снова голоса…
***
Не пытайтесь в строке бравурной
Скрыть душевную пустоту,
Не вышагивайте на котурнах —
Чтоб заметили за версту.
У поэтов есть гордое право —
Людям сердце свое отдавать.
Им не страшно, что может слава
Ненароком и запоздать…
