После Хиросимы
Покончено: забыть виденья, откровенья,
Эммаус, жаркий блеск фигуры на холме,
Забыть, как поутру бежала куртизанка,
С молитвой, вдруг услышанной: вот вход растерянной могилы.
Нам тайны ни к чему, теперь не до чудес.
Хлестание дождя не принесет посланий.
А солнце хоть палит и кожа сожжена,
Но чревом страх зачат и сердцу слух
затмило.
Что правая рука творит, мешая в чане
Похлебку-водород, то левой невдомек.
Доступное уму непостижимо чувством.
Картина на стене раскрыта, но молчит.
Покончено, забыть виденья, откровенья.
Едва мигает свет — приход благих вестей.
Лишь вера, как дитя над люлькою сомнений,
Могла б утешить нас, надежду засветить.
Перевод Г. Русакова
