Девушка-удмуртка
О, память предков! Ты – бесценный дар.
Хранят преданья бережно и мудро
Все жемчуга аланов и хазар,
Что надевала девушка – удмуртка,
И золото, и серебро монист,
Что в такт шагам так ласково звенели…
И ветер прекращал свой дикий свист,
И лебеди на озере ей пели,
Ворчала глухо рысь в вечерней тьме,
В логу шуршали стебли водокраса,
Когда она по лугу шла в чалме,
Похожей на соцветье италмаса.
Дыдык, Зара, Марчан или Айна –
Да сохранит Воршуд нас от печали,
Чтоб эти дорогие имена
Потомки никогда не забывали.
Перевод Владимира Емельянова
***
Летела птица в небе – конечно ж, голубая –
и уронила птица мне на ладонь перо…
С тех пор березы птицу с тоскою вспоминают
и ждут весну и птицу – как это ни старо.
Скребут ветвями небо в надежде породниться
с той высотой, что брезжит – к себе, к себе маня!
Хотят они увидеть ту голубую птицу
среди недосегаемо-небесного огня.
Но мать-земля сырая не даст свои деревья,
и корни – не отпустит, и рук – не разожмет!
И огненная птица, паря дорогой древней,
в колодце вод небесных бесследно пропадет…
Одно перо оставила, навеки улетая,
одно перо оставила – на всю мою стезю…
И вновь пишу березу, перо свое макая
в слезу ее кручины – в пресветлую слезу.
Перевод Андрея Баранова
***
Так много ли надо нам –
Девушкам и женщинам?
Лишь бы изредка, порой,
Розы нежность ощутить,
Острый миг – коварный, злой –
Обойти… Без боли жить.
Так много ли надо нам –
Девушкам и женщинам?
Лишь бы солнечным лучом
Прерывалась серость дней.
Лишь бы слышать день за днем:
«Ты всех краше! Всех милей!»
Так много ли надо нам –
Девушкам и женщинам?
Перевод Надежды Кралиной
***
Где-то в памяти мутной, во сне
он является тихо ко мне –
мир иной… Я опять цепенею…
Там цветок на озерной воде:
я такой не увижу нигде,
а увижу – сорвать не посмею…
Лепестки омывает вода,
нежный венчик венчает звезда,
зыбь зеленые крылья качает,
пишет петли над ним стрекоза,
и колючками злыми лоза
руки нетерпеливых кусает.
Не могу прикоснуться к цветку!
Он в каком-то заклятом кругу:
звенья цепи – вовек не порвутся!
Снова вещим виденьем томлюсь
и к цветку, цепенея, тянусь –
и никак не могу дотянуться…
Перевод Андрея Баранова
***
Я перепутала тебя
С вечернею звездой,
Затем я приняла звезду
За огонек ночной.
А этот огонек ночной
Стал светлячком моим.
Любовь погасла.
Милый мой,
А был ли ты любим?
Перевод Олега Хлебникова*
*Варианты перевода:
Звезду увидела я в нем.
Звезда скатилась огоньком.
Стал огонек лишь светлячком.
И тот погас – лишь вспыхнул день…
Любовь была, иль только тень?
Перевод Татьяны Кузнецовой
Как случилось – понять не в силах! –
Со звездою тебя сравнила.
А звезду – с огоньком ночным.
Огонек – с светлячком чудным.
И сошел на нет яркий свет.
Я любила тебя или нет?
Перевод Антонины Ростовой
***
Поэты делают погоду…
Ну что ж? – какое время года
закажем? Сад, цветет душа,
цветочным запахом дыша… –
то, значит, лето. Дале – осень…
Влажнея бархатисто, озимь
блестит. Горит осина днем
самосжигающим огнем.
Зима приходит за спиною
пурги… За мутной пеленою
луна бледнеет… снег идет –
и год пускается в расход.
Сосульки-пики с крыш свисают,
и тряпкою весна стирает
оставшийся от гостя след…
Погоду делает поэт!
Перевод Андрея Баранова
***
Эта моя голубая дорога,
Занесенная снегом. Проселок лесной!
Огоньки от попуток нечастых
Приведут меня.
Я возвращаюсь домой!
Я домой возвращаюсь по снегу, по следу…
Неужели мы бегали здесь босиком?
Земляника, как щеки горящая. Лето.
Неужели так детство мое далеко?
Я когда-то вас знала, кусты и деревья.
Костянику искала в траве. Как во сне,
Сквозь просвет поднимается наша деревня.
Вот и мама, спешащая тихо ко мне…
На секунду прикрою глаза – и увижу,
Как девчонка-подросток смеется в стогу.
Август рыжий.
… А мама все ближе и ближе.
Я заметила там землянику в снегу.
Перевод Антонины Ростовой
Песня, не знакомая тебе
Как щеки яблок налитых
Окрасятся под летним солнцем,
Так бледность щек от слов твоих
Румянцем солнечным зальётся.
Как резкий ветер
туч сырых
Нагромождения развеет,
Так тучи тяжких дум моих
Один твой взгляд прогнать умеет.
Как жаворонок в вышине
Звенит, озвучив поднебесье,
Так песня новая во мне
Звучит…
Но ты не слышишь песни…
Перевод Ивана Савельева
Раздумье
Прабабушка, в какие времена
Писала ты о жизни письмена,
Какой бумаге поверяла ты
Заветные желания, мечты?
Удмуртка бедная
Над речкою Вало
Не на бумагу, нет, на полотно
Заветное свое перевела,
Мечта ярчайшей ниткой расцвела.
Прабабушка, тебя не знаю я,
Невидимою нитью жизнь моя
Привязана к невидимой твоей,
Так искони бывает у людей.
Жизнь — бесконечная,
Запутанная нить.
И не распутать,
И не разрубить.
Где и на чем, узнаю ль я —
Свое напишет пра…внучка моя?
Перевел С. Бирюков
Материнские руки
Когда ее за труд благодарят,
Мать прячет руки в ситцевый наряд,
Как лишние, за фартуком-айшетом,
И искренне смущается при этом.
Святые руки наших матерей! —
Всех накорми, одень и обогрей, —
Чего они на свете не видали,
Расскажут ли об их судьбе медали?
Поклоном их приветствуя земным,
За жизнь должницей вечно буду им.
Тебе я благодарна, мать-земля,
Тепло твоей души узнала я.
Я обняла б тебя, пожала руки,
Мне не прожить и дня с тобой в разлуке.
Перевел Вл. Семенов
Хочешь?
Хочешь,
Сверкающей стану росой? —
Рядом ничто не прольется слезой!
Хочешь,
Луною взойду — и тогда
Рядом, дрожа, потускнеет звезда.
Хочешь,
Я солнышком стану блистать? —
Жаром своим и тебя согревать.
Хочешь?
Не хочешь.
Молчишь, не любя.
Знать, не волшебница я для тебя.
Перевела Т. Кузнецова
Как будто давно знакомо
Я еще ни разу не бродила
По местам, родным тебе с рожденья.
Не касалась вытертых ступеней
В доме том, где мать тебя носила.
Не пила из вашего колодца
И ответить толком не сумею,
Близко ли река и что за нею,
И на чьем покосе ключ ваш бьется.
Отчего же мне давно знакома
Каждая тропинка по соседству? —
Словно я их помню с малолетства,
Словно и в деревне вашей — дома.
И вокруг меня родные люди —
Не было привычнее и ближе…
Жизнь свою в глазах твоих я вижу.
Вижу в них воочью все, что будет.
Перевела Л. Боровикова
* * *
Пройдя невзгоды горьких лет,
Я в серебре и вновь чиста.
Взвалив на плечи тяжесть бед,
Тверда я более, чем сталь.
Я из мороза — да в огонь,
Из полымя — да в стылый лёд.
Так закалилась сердца боль,
И я продолжила полёт.
Перевод С. Матвеева
***
Взрезал сумрак бешеный
Ураган.
Зашатался медленный
Океан.
Затрещали айсбергов белых
Льды.
Душу мою тихую вздыбил
Ты.
Может в камни прятаться бедны
Краб.
Там спасти нехоитрых, скудных мыслей
Скарб.
А мои заветные, тайные
Мечты
Взбудоражил яростным шквалом
Ты.
Нет границ меж берегом
И волной.
Как стихией связаны
Мы с тобой.
Различить попробуй, где же ты,
Где я?
В миг, когда едины море
И земля.
Только недоступные для земли
Вдали
Носятся почти чужие
Корабли.
Перевод Т. Тарановой
***
Ты насылаешь
Темную тучу и град.
Я же тебе
Шлю солнечный дождик назад.
Ты мне преградой
Недоброй стоишь на пути.
Я же сумею
Тебя все равно обойти.
Ты от незнанья, наверно,
Со мною жесток.
Что ж, покажу тебе
В трещине камня цветок.
Освободишь ты
Цветок этот, может быть, сам.
И разлетятся
Яркие радуги по небесам.
Перевод Е. Шерстобитовой
Счастье и горе
И радость, и солнце — в ударе,
И счастье касается глаз,
И снова, наверное, дарит
Волненьем и нежностью нас.
А горе, что рядом таится, —
Осилим, прервем его бег!
… Но тень остается на лицах
Надолго, порою — навек…
Перевод В. Коростелевой
Солнце и хлеб (сонет)
Так принято у нас из века в век:
Воскресным утром выпекать табани, —
Отведает их добрый человек,
Глядишь — и на неделю сильным станет.
Табань удмуртский, углей жар вобрав,
Лучист, как солнце, да еще теплее,
И человек, согретый им с утра,
Становится отважней и смелее.
На свежих и духмянистых хлебах
Богатыри мужают в нашем крае,
Хлеб к солнцу поднимая на руках,
Что лени и усталости не знают…
Табань лежит, как солнце, на столе,
А хлеб и солнце — счастье на земле!
Перевод Вл. Семенова
***
Жизнь отмеряют мне
Лето и осень,
Зима и весна.
Связаны мысли мои
С небом и солнцем,
С землей и ветрами.
Сердце мое
Омыто дождями,
Прихвачено инеем,
Задето случайным листом,
Молнией насквозь пробито.
А стремленье одно,
Так уж заведено,
Что от века до века
Путь лежит
К человеку!
Перевод: А. Ростовой
