Стихотворения Ирины Волобуевой

Другу поэту

Как мы видимся редко.”
А сколько снегов
Осыпается с туч, словно зерна с колосьев,
Постучу я как в домик, в твой томик стихов :
«Слышишь, милый, встречай заскучавшую гостью ! »
И с лучом, что на ключ золоченый похож,
Предо мной переплет распахнется, как дверца,
Погляжу на портрет.
«Здравствуй, как ты живешь?
.Я к тебе на минуту, с мороза погреться l»
Полистаю страницы с тобой в тишине,
Прочитаю слова, те, что в строфы сложились,
Те слова, что когда-то писались не мне,
Да, признаться по чести, и не говорились._
Ну, и что ж . ..
Я совсем не в обиде на них,
Пусть трепещут, на то они стихотворенья.
Я-то знаю отлично, что в чувствах людских,
Как в поэзии, исключены повторенья.
Мне тепло оттого, что, приветный н а в ид,
Здесь, в шкафу, сотни раз перечтенный с начала,
Томик твой – словно домик под крышей стоит
И как будто всё ждет, чтобы я постучала.

 

* * *

Я не против разлук; так и надо,
Что бы в сердце щемящая грусть,
И тепло сокровенного взгляда
Вспоминать, как стихи, наизусть.

И внимая колесному стуку,
Притаясь у окна в уголке,
Вспоминать твою жаркую руку
На моей одинокой руке.

Так и надо, что бы в зареве мглистом,
Наблюдая бегущую рожь,
Сочинять тебе мысленно письма
Те, которые ты не прочтешь.

***

Ты встаешь, смеешься, дышишь,
Пьешь свой чай с горячим хлебом,
И не знаешь, и не слышишь,
Что под этим самым небом
Я забыть тебя решаю,
За слова свои ручаюсь,
Уезжаю,
Приезжаю,
Ухожу
И возвращаюсь.

***

Я все могу простить тебе – прощанья
С их сдержанностью замкнуто-мужской,
В коротких письмах чувств твоих молчанье,
Моих бессониц душный непокой.

Могу простить обиды и печали
И все, что впредь нам выстрадать вдвоем,
Но не прощаю, что тогда, вначале,
Ты на пути не встретился моем.

***

Мне показалось: выключили мир,
Что вдруг на миг везде на белом свете
Погасли звезды, окна всех квартир
И фонари всех улиц на планете.

А мир лучился, звезден и велик.
…Прости меня, но это в сквере душном
Мне просто показалось, что на миг
Любви моей коснулось равнодушье.

 

* * *

Весны несмелое начало
Распахнуто голубизне
И что-то нежно зазвучало,
Зазывно где-то зазвучало
Вокруг меня или во мне.

Что это? Звон ручья нечёткий?
Иль ветер всколыхнул волну?
Нет, это тронул птичьим щёлком
Весенний день души струну.

***

И снова скрипка в тишине полночной
Вдруг всколыхнула память в глубине.
Теперь я знаю: это ты нарочно
Все подсылаешь музыку ко мне.

Чтоб никуда мне от тебя не деться,
Чтобы тоской, с внезапностью луча,
Раскрыть мое замкнувшееся сердце
Звучанием скрипичного ключа.

Чтоб все напомнить, чтоб на всю разлуку
Опять трубить победною трубой.
…Не радуйся. Умолкнут эти звуки,
И мы еще поборемся с тобой.

***

Это только ночами, когда в тишине
Сердце дрёмой на миг забывается,
Одиночество, словно круги на волне,
Вкруг меня, отдаляясь, расплывается.

То опять вдруг по зову невидимых рук,
Глаз, пугающих силой пророчества,
Ты меня замыкаешь в свой замкнутый круг –
В заколдованный круг одиночества.

И по-доброму, слышишь, без всяких обид
Я прошу, не бросаясь упрёками,
Расколдуй меня! Мне ведь еще предстоит
Отправляться в дороги далекие.

Уходить, приходить… ведь не честно, чтоб вдруг-
Круг. И все. Ни путей, ни сражения.
Расколдуй, разомкни этот замкнутый круг
Из огней своего притяжения.

***

Когда я впервые от шкафа до стула,
Как в речке по склизкому дну,
К восторгу домашних с опаской шагнула,
Moй папа ушел на войну.
Был наш палисад то зеленым, то белым,
То в солнце он был, то в луне,
Я в школе училась, гуляла, болела,
А папа мой был на войне.
И вырезанная ножом перочинным
Из щепок солдатская рать
Шагала в атаку,- они ведь мужчины
И, значит, должны воевать.
Давно наш квартал этажами застроен,
Но папа не знает о том.
Уже он не знает,
не знает, как войны
Лютуют на шаре земном.

 

Победа

…А я все вспоминаю ту
Холма крутого высоту,
Оправленную в яркость лета,
Как по зеленой гуще трав
Ты, первым на нее взбежав,
Воскликнул радостно: “Победа!”
А к той Победе, что рейхстаг
Повергнув, вскинула наш флаг,
Ты не вбежал, ты шел к ней годы,
Уже не мальчик, а боец,
Войной измотанный вконец,
Месил грязищу непогоды.
День занимался или мерк,
Ты плыл к ней по стремнинам рек,
Болотами – по склизкой гати,
То в ночь, с опасностью вдвоем,
По снегу, взрытому огнем,
Ты полз к ней в белом маскхалате.
Ее в пути, из года в год,­
Важнейшую из всех высот –
Ты брал, все тяготы изведав.
Она заискрилась, трубя.
. .. Как больно мне, что без тебя
Кричали воины: “Победа!”
Взмыл, майским солнцем озарен,
Вихрь торжествующих знамен,
И радость с горестью смешалась.
И без тебя, придя само,
Твое последнее письмо
В моем ответе не нуждалось …
Но в мыслях все-таки потом
Писала я тебе о том,
Как стала жить на белом свете
Сошедшей в будни – с высоты
Победа наша, та, что ты
Своею смертью обессмертил.
Писала, как во всех годах
Она росла, брала размах –
Приверженица чуд-открытий.
В незримых письмах, как могла,
Душой я летопись вела
Многоступенчатых событий.
И осеклась …
Нет, счет годам
Не кончен! Вьется птичий гам,
Глубь неба солнцем разогрета;
Но, близко видя тень беды,
Я не хочу, чтоб знал бы ты,
В какой опасности Победа.
Спи, друг, ей жизнь свою отдав,
В твоих глазах пусть зелень трав,
Тот холм и лета переливы.
Покуда, солнечно пыля,
Светясь, вращается Земля,
Кто брал Победу, будут живы!
Спи, убаюкан ветерком,
Метелью, ливнями, цветком,
Листвой, повернутою к свету.
Твое – останется твоим.
А мы,
мы насмерть все стоим.
Чтоб нашу уберечь Победу!аре земном.
Не слыша железного грохота века,
Ни этих домов тишину,
Всегда молодой, то в жаре, то под снегом,
Мой папа идет на войну…

 

ГРАЖДАНКА ПОГАНКА

Где шишки-пустышки
Ощерили лапки,
Живет под сосною,
В лесной тишине,
Гражданка поганка
В коричневой шляпке,
В коротенькой юбке
И в модном кашне.

Заходит поганка
Погодою летней
К соседям попить
Голубую росу
И всюду разносит
Поганые сплетни
Про тех, что живет
По соседству в лесу.

Судачит о белке,
О том, что орехи
От всех она прячет
В дупле, под листом.
Что ходит лисица
В искусственном мехе
И дразнит волчицу
Пушистым хвостом.

Про дятла пускает
Недобрые слухи,
Что клювом он портит
Деревья в лесу.
Болтает про зайца,
Что трус длинноухий
Взобрался на ель.
Увидав стрекозу.

Несет она вздор
Про цветы на полянке,
Про ближний ручей,
Про лесные дубы,
И, слушая сплетни
Гражданки поганки,
Качают макушками
Шляпок грибы.

Бездельем её
Возмущаются грузди,
Опёнки её
Попрекают враньём,
Волнушки, волнуясь.
Заводят с ней споры,
И лишь ядовито
Молчат мухоморы
Поганке поддакивать
Любят во всём.

А если придут
Грибники спозаранку,
То, сев на виду
Под сосновым стволом,
Ненужная людям,
Гражданка поганка
Прикинуться метит
Хорошим грибом.

Цвет шляпки меняет
Обманщица в спешке,
Чтоб стал он
На шляпки другие похож.
И делает вид,
Что она сыроежка,
А. может, опенок,
А. может, волнушка,
А. может. Лисичка –
Никак не поймешь!

А ныне в лесу
Под густою осиной
Гражданка поганка
Нашла себе кров.
И к мальчику Пете
Попала в корзину –
В компанию честных
Съедобных грибов.

Уселась меж ними,
Но старшие дети
Поганку со всех
Оглядели сторон
И дружно сказали
Смущённому Пете:
– А ну-ка, поганку
Выкидывай вон!

Вот так и осталась
Одна на полянке,
Под ливнем осенним.
В лесной тишине,
Та врунья, болтунья,
Гражданка поганка
В коричневой шляпке
И в модном кашне.

***

Ты можешь легкий шум берез
Принять за мрачный гул предгрозья.
Ты можешь россыпь летних рос
Принять за изморози проседь,
А я могу,
А я могу
Найти цветы в снегу!

***

Нет, память, не щади, не приукрашивай
И не дели печали на двоих!
Его глаза мне показались влажными,
Наверное, сквозь дымку слез моих.

 

***

Как многогранна музыка! Как юно
Она, звуча сквозь времени пласты,
В сердцах людских затрагивает струны
Любви, печали, памяти, мечты.

***

Нет, не любовь… сращенные сердца.
Ты это вдруг почувствуешь невольно:
Два сердца – два сиамских близнеца,
Ударь одно, другому тоже больно.

Обидь одно из них, обиды лед

Одно, от счастья вздрогнувши, замрет,
Другое тем же счастьем отзовется.

А если вдруг развилка на пути?
А если?.. ведь такое может статься!
…Как страшно сердцем к сердцу прирасти,
К тому, что все ж способно оторваться!

***

Едва ты взглянешь с нежностью влюблённой,
Мне сердце жжет, как тысячи огней,
Закатно–острый лучик, преломленный
В стекле холодной трезвости моей.

***

Когда уснут в тиши разлучной
Звонки и беготня колес,
С тоски пошлю тебе я тучу,
Пусть разразится ливнем слез!

Нет, лучше ураганный ветер.
Чтоб все вверх дном, чтоб двери с петель.
Чтоб твой покой пошел ко дну!
…Нет, лучше звездочку, пусть светит,
Прижавшись к твоему окну.

***

«Я никогда с тобою не расстаюсь!»
Забавно слышать: я-то тайну знаю,
Ведь это я перед разлукой грусть
Свою тебе нарочно подсылаю.

***

А жизнь все так же будет течь
По разным руслам… Да, нам скупо
Судьбой поспешной вместо встреч
В пути подарена разлука.

Спасибо ей за этот миг,
За всплеск тоски, за взгляд сердечный,
За то, что мы могли б, могли б
Когда-то встретиться навечно!

***

Нет. Ещё он далёк,
Расставания срок.
Но невидимо, день ото дня.
Как песчинку песок,
Как дождинку цветок,
Ты теряешь, теряешь меня…

***

Я в трудный час, когда вношу в наш дом
Свои печали и свои невзгоды,
Себя осенним чувствую листом,
К стволу прибитым ветром непогоды.

ВОЗДУШНЫЙ ЗАМОК

Он создается, как во все века:
Замешивают круто облака
На синеве, которая лучится,
И крыши островерхие бока
Выкладывают звездной черепицей.

Но если он, хотя и невесом,
Чуть покачнувшись, рухнет вдруг однажды.
Он рухнет грузно, как высотный дом,
Убив мечту, трепещущую в нем,
Все тяжестью своей многоэтажной.

***

Разлуки терпкий холодок…
Глаза – в глаза, без обещаний,
На перекрестке двух дорог
Прощанье наше как прощанье.

Не за весеннюю зарю,
Не за медовый запах поля,
Благодарю. Благодарю,
Что грусть моя не стала болью.

***

Шел навстречу через вьюжный снег
Огорченный чем-то человек.

И спросила я его тогда:
У тебя, наверное, беда?

Он ответил, прослезившись вдруг:
— Мне удачи не простил мой друг.

***

А я живу не просто зрячей
На пестро-красочной земле моей!
Я все на свете с детства вижу ярче:
Синее небо, листья зеленей.

И жить мне, может оттого труднее,
Что, с красотой земною наряду,
Я зло всегда намного вижу злее,
Добрей намного вижу доброту.

***

Я счастлива, что в жизни мне дано,
Чужой удаче радуясь, в ней греться.
Но все ж, нет-нет, прислушиваюсь к сердцу:
Унизится ль до зависти оно?

***

В тот день, в который мстя за что-то даром,
В меня впервой швырнули камень зла,
Не так мне было больно от удара,
Как жаль, что детскость сердца умерла.

***

Как жестока, любовь ты. Как хитра!
Я чувствую: опять без сожаленья
Готова ты на пламени костра
Предать покой души моей сожженью.

***

То с неба я зову тебя, но зов,
Мой безнадежный, мой заветно-тайный,
Все тонет в белой глуби облаков
И вместе с ними под лучами тает.

Зову с вершины горной, но порыв
Напрасен мой… опять порывы ветра,
Как горсть песчинок зов мой подхватив,
Его несут, что бы развеять где-то.

В пути среди морской голубизны
Зову тебя. Как прежде в чудо веря,
Но зов мой вместе с всплесками волны
Скользит и разбивается о берег.

***

Я давно поняла: ты – в судьбе неизбежность
И в душе столько лет, каждый раз как проснусь,
Улыбнусь: – С добрым утром тебя, моя нежность,-
И вздохну: – С добрым утром тебя, моя грусть!

***

Покуда жить мне на земле,
дотоль
Мысль о тебе –
прямое попаданье
в боль

***

Не знаю, почему я обернулась,
Ни голоса, ни шороха вокруг…
Вдруг поцелуй. И девушка рванулась
Из чьих то сильных и развязных рук.

Она исчезла тут же у вокзала.
Я только помню боль огромных глаз,
Когда она с обидою сказала:
– Влюбиться даже не даете в вас!

***

Не каждому дано хотя бы раз,
Мир заключая мысленно в объятья,
Таким счастливым стать в счастливый час,
Чтоб не искать на солнце черных пятен.

Ровеснику

Я встречаю друзей твоих – бывших солдат,
Все они постарели, виски их седые…
А глаза твои с карточки юно глядят,
Так лучисто глядят, словно вправду живые!

Но навечно за гранью небытия,
Где ни солнца, ни звезд, ни путей с поездами.
Ты такой молодой, что уже в сыновья
Мне – ровеснице – стал вдруг годиться с годами.

Жизнь уходит, уходит, события мча,
И бывает, вздохну я над карточкой этой:
– Боже мой! Этот мальчик меня защищал,
Всю страну защищал, всю, по сути, планету!

А когда вдруг подкатит горючая грусть
Иль обидой швырнет меня, словно в пучину,
Я невольно к тебе своим сердцем тянусь,
Как к надежному, верному вечно мужчине.

И тогда ты приходишь из юности той,
Где сады голубели, где солнце сияло,
Защитить меня нежностью и чистотой,
Чтоб я веры в людей никогда не теряла.

***

Четыре времени есть у любви.
Не каждому они судьбой даются.
Весна любви, когда вдруг соловьи
твоею грустью песенной зальются.
Когда две нежности друг к другу в первый раз
стремятся, околдованные тайной,
И понимающе луны огромный глаз
Светло глядит на робость их свиданий.
А как прекрасно лето у любви:
безудержно-дурманным откровеньем
Как в зрелых злаках, зной в ее крови
И сочных трав полдневное томленье.
Есть у любви и осени приход.
С листвой пожухлою, с дождем уныло-длинным,
Когда две нежности под шумы непогод
взгрустнув, друг друга греют голубинно.
Зима любви… Порошею пыля,
она идет своим последним кругом.
Как с белым небом белая земля
Две нежности сливаются друг с другом.
Срастается замедленных их дней,
Но каждый день лучом весны подсвечен
и, может быть, любовь всего нужней,
Когда она заснежена навечно.
Не веришь, девочка? Ну что ж, спеши, лови
свой час весенний, как полет светящий!
И пусть тебе накличут соловьи
Четыре времени одной любви
Единственной… Той самой настоящей!

***

В воде каналов тени от приколов.
Как ночь венецианская густа…
…Я помню акварельную гондолу
Под аркой акварельного моста.
Ведь столько лет в уютном доме мамы
Она недвижна на стене была…
И вдруг скользнула рыбкою из рамы
И по каналу плавно поплыла!
И облака поплыли в небосводе,
И ожила под веслами вода. …
Растет мой мир, подвижный по природе,
И чаще все из рам своих выходят

Мосты, гондолы, волны, города…