Произведения Натальи Харлампьевой

(Перевод с якутского
Валерия ЛАТЫНИНА)

МОЙ КОРАБЛЬ – МОЙ БАЛАГАН
Я читаю Бродского стихи,
Хоть они тревожат беспрестанно
Мыслями о временах лихих,
И считаю балки балагана*.

Мой корабль обходит шар земной,
Балаганом в толщу лет врезаясь.
Беды, что случались не со мной,
Всё-таки за мною увязались.

Вертит злые вести ураган,
Я болею и терзаюсь ими…
Но спасает крепкий балаган,
Что дарован предками моими.

Ноет сердце от чужих проблем,
Круговерти зла в извечной драме,
Где коварство управляет всем,
Не меняя маску лжи веками…

Тяжки думы, что из века в век
Никнет доброта перед наветом,
Что похожи люди на калек,
Если в них нет теплоты и света.

Мой корабль – якутский балаган,
Он проходит и зимой, и летом
По просторам чужедальних стран
И по судьбам близких мне поэтов…

Я – дитя олонхо**, мне дано
Сердце, что открыто всем печалям,
Со Вселенной связано оно,
С миром, далеко не идеальным.

Мне дано самой добро творить,
Возвышая балки балагана,
Чешую кольчуги превратить
В илин кэбисэр***, душе желанный!

Я читаю Бродского… И мне
Плыть и плыть сквозь штормовые мили
В балагане, словно в корабле,
Что когда-то предки сотворили.
__
*Балаган – национальное жилище якутов, деревянная юрта.
**Олонхо – якутский героический эпос.
***Илин кэбисэр – нагрудное женское украшение.

* * *
Сестра моя, осень, забредшая в август,
А где же гостинцы твои и дары?
Улыбчивых дней несказанная благость
И тайны твоей золотистой поры?

Где отблески радости и вдохновенья,
Предчувствие счастья, что даришь тайком?
Сестра моя, осень, твоё появленье
Подобно свиданию в сердце моём.

Ты смотришь на жизнь просветляющим взглядом
И даришь добро, прогоняя беду.
Отрадно и радостно быть с тобой рядом.
Сестра моя, осень, давно тебя жду…

* * *
Чем же тебя успокоить,
жёлтый листочек мой?
Кончилось лето, кончилось,
будешь ты сиротой.

Чем же тебя распотешить,
жёлтый листочек мой?
Крыльями машет чёрными
северный ветер злой.

Чем же отвлечь тебя, милый,
жёлтый листочек мой?
Немилосердно властвует
холод, мой золотой.

Чем же развлечь тебя, милый,
жёлтый листочек мой?
Летнее время кончилось,
век завершился твой.

ГОЛУБОЙ ВОЛК
Бежит, бежит волк голубой
Меж гор высоких, речек юрких,
Бежит дорогою степной
По следу здесь прошедших тюрков.

Бежит, бежит волк голубой,
Бежит сквозь время и преграды,
Родной с рожденья стороной,
Минуя хитрые засады.

Бежит, бежит волк голубой,
Бежит в срединном мире нашем,
Сквозь дым пожаров над страной,
И в этих мыслях вольных даже.

Бежит, бежит волк голубой,
О тюрках нам напоминая,
Чтоб помнили пупок родной,
Откуда кровь в нас голубая*…
___
*«Откуда кровь наша, откуда пупки наши» – якутская пословица, смысл которой – откуда мы родом.

* * *
Кто-то кого-то должен беречь –
В этом добра истоки.

Кто-то кого-то должен увлечь,
Вызвать любовь в итоге.

Кто-то кого-то должен хвалить,
Коль заслужил хвалимый.

Кто-то кого-то должен любить –
В этом всей жизни стимул.

* * *
Я почему-то часто опасаюсь,
Что друг мой-ветер, встретившись со мною
В ненастный вечер,
Скажет раздражённо:
«С меня довольно. Я устал от грусти
И от твоей печали неизбывной».
И в темноте исчезнет
Безвозвратно…

Ещё боюсь, что также,
Может статься,
Мне скажет
Облачко моё на небе:
«Намаялось тебя водить по жизни,
Указывая верные дороги.
Теперь сама их выбирай» И тихо
В бездонном синем небе растворится.

О, силы неба и родной природы,
Вы берегли меня, любовь дарили,
Не уставайте быть со мной и дальше,
Не исчезайте навсегда из жизни,
Не оставляйте глупую девчонку!

ПИСЬМО НА БЕРЕСТЕ
В чём же я просчиталась, сказала не так,
И небесные силы обидела словом,
Посчитала сакральный вопрос за пустяк,
Потрясла недоступного мира основы?

Но ударили в бубен. Зачем, почему,
Известили о чём-то, предвестье послали?
Из эпохи какой, я никак не пойму,
Средь сегодняшней жизни меня отыскали?

А старуха-то ваша глуха и слепа,
Только пальцами что-то читает с ладони,
Предстаёт, как в тумане, пред нею судьба,
И шаманские тайны она ещё помнит.

Но великих прозрений ей не одолеть.
Век её миновал. Дар предвиденья труден.
Только знает она, что в лесу много лет
На сосне вековой духи бьют в её бубен.

НЕ СТАЛА Я РОЗОЙ
Для тебя наряжалась, лучилась душой,
Так цветок расцветает с пришедшей весной…
Но не стала я розой!

Я тянулась к тебе, будто к солнцу цветок,
Не боясь, что сгорю, не скрывая восторг…
Но не стала я розой!

В час, когда завершилась любовь и ушла,
Я шипами своими тебя обожгла…
Но не стала я розой!

* * *
Вдалеке от мороки, собраний
Возвратилась в родной уголок
И затихла в своём балагане,
Где играет огнём камелёк*.

И приходят на свет моей лампы
Погостить средь приветливых стен
Грустноликие строки Алампа**,
Тонкий юмор, что создал Сэмэн***.

И кружатся вокруг, утешают,
Охраняют от стресса меня,
Словом искренним дух исцеляют,
В мир добра и доверья маня.

Возвращается чувство покоя,
О потерях душа не скорбит,
Ведь, имея соседство такое,
Несчастливой нельзя в мире быть.
_____
*Камелёк – открытая печь, типа камина.
**Алампа – Анемподист Иванович Сафронов (14.11.1886 – 24.10.1935) – поэт, прозаик, драматург, основоположник якутского театра.
***Сэмэн – народный поэт Якутии Семён Данилов.

* * *
Между благословеньем и завистью чёрной
Довелось мне по жизни немало бродить,
Только догмы властей, что внедрялись упорно,
И надежды людей не смогла примирить.

Разбежались стихи во все стороны света,
Не нуждаются больше в опеке моей,
Босоногим и быстрым, препятствий им нету
В череде беспокойных событий и дней.

Но и всё ж многотрудную долю поэта
Никогда не предам, не сменяю на чин,
Пусть и странным кому-то покажется это,
Но мой выбор призвания твёрд и един.

Между благословеньем и завистью чёрной
Так и буду я жить до скончания дней,
Буду верной прислугой в империи горней
И чернавкой поэзии светлой своей.

БЕСЕДА
Как хорошо, отрадно сознавать
На перевале ветреного века,
Что зря судьба пыталась искушать
Посулом благ, начальственной опекой;
Что нет конца тревогам и трудам,
Что спутник жизни постоянно рядом,
Брат и сестра близки по духу нам,
И с ними можно объясняться взглядом.

И радостно, когда они приедут,
От немудрёной искренней беседы!

* * *
Зашла сегодня в старый двор,
Где друг мой давний занедужил.
Он изменился с неких пор
И чёрный ворон другу служит.

Сидит тот ворон на сосне
Недвижно, словно стал судьбою,
И что-то мыслит обо мне,
Исподтишка следя за мною.

Но он не в силах отрицать,
Что я была в судьбе у друга,
Что кровных уз не разорвать
Былого дружеского круга…

Я понимаю – ничего
Не изменить, что здесь свершилось,
Судьба у друга моего
На век его определилась.

Пусть ворон сторожит сей дом
Сто лет ещё средь мрачных будней,
Но кто-то доброты гнездо
Совьёт потом и счастлив будет.

ПЕРВЫЙ СНЕГ
          Барбаре Навроцкой
У нас под снег зонтов не подставляют
И не спешат обуться в сапоги,
Ненастьем эту пору не считают,
Снег – это радость жителям тайги!

Явленье снега здесь с любовью схоже –
В душе якута будит благодать,
Снег силы зла нам победить поможет
И чёрные задумки обуздать.

Белейший снег в осеннем небе кружит,
Бинтуя язвы подлости людской,
Мир украшая белизною кружев,
Рождая в мыслях ясность и покой.

У нас, как праздник, первый снег встречают,
Торят по первоснежью санный путь,
Благословляют снегом, причащают,
Стихи о снеге в дар друзьям несут!

* * *
Позволь, мой друг, тебя обнять,
Хоть и не время для объятий,
Позволь мне слёзы не скрывать,
Хоть лить их явно поздновато.

Пусть ты любовь не уберёг,
Вещанью сердца верил мало,
Но я среди земных дорог
Тебе замены не искала.

Не жди упрёков, страстных сцен
От той, что преданно любила,
Живи, как жил, без перемен,
Я прежних чувств не сохранила.

Да и не плачу я всерьёз,
Взгляну и отойду устало,
Как женщина без долгих слёз,
Что никого не обнимала.

 

Далее – перевод с якутского Анны РЕТЕЮМ

* * *
Чем тебя успокоить, листочек ты мой?
Лето кончилось, кончилось лето.
Чем тебя распотешить, сиротка ты мой?
Чернокрылы дожди – без просвета.
Чем отвлечь хоть немного, листочек ты мой?
Осень скорбное шлёт дуновенье.
Было время цветов, одинокий ты мой,
Было, светлый мой, благословенье.

ГОЛУБОЙ ВОЛК
Бежит, бежит небесный волк
Меж гор, ущелий грозных,
В степях бескрайних – по следам
Кочевий грандиозных.

Бежит, бежит небесный волк,
Который век встречая,
Капканов тайных не страшась,
Преград не замечая.

Бежит, бежит небесный волк
В срединном мире здешнем,
В суровых битвах и речах,
В сознании безбрежном.

Бежит, бежит небесный волк,
Его не разупрямить,
Чтоб чтили мы свой род и кровь,
О тюрках древних память.

* * *
Кто-то кого-то должен беречь –
Тем и Добро поведёт свою речь.

Кто-то кого-то – приукрашать,
Чтобы Любовь начала прорастать.

Кто-то кого-то чествовать должен –
Будет Достоинства путь подытожен.

Просто любить должен кто-то кого-то –
Так и продолжится Жизни работа.

* * *
Почему-то боюсь я,
Что однажды мой ветер
Пролетит в час ненастный,
Будто бы не заметив,
Лишь послышится: «Хватит,
Я устал от печали,
От твоей неизбывной,
Поминай там как звали!»

Почему-то боюсь я,
Будто облачко света –
Моё благословенье,
Улетит дальше ветра,
Словно скажет: «Довольно,
Утомилось я сильно,
Ты теперь уж попробуй
Путь торить самостийно!»

О природные силы,
Дар любимого края,
Вы меня не бросайте,
Как дитя сберегая!

БЕСЕДА
Как же хорошо здесь –
На горе столетья,
Где петляют судьбы
И бушует ветер,
Где работа нудит
И тревога застит,
Но со мною рядом –
Истинное счастье:
Брат мой старший, мудрый,
Верная сестрица, –
От беседы с вами
Небо просветлится!

* * *
Август, милая сестрица,
Где твои дары, гостинцы?
Золотисты дни, и тайны
Позолотой осиянны.
Проблеск радости внезапной
В туеске ль твоём хранится?
Мне с тобой и так занятно,
Август, милая сестрица.
В трудном шествии, далёком,
Ты встречаешь мудрым оком,
Что сулит воздать сторицей,
Август, милая сестрица.

* * *
Для тебя красовалась – навстречу
Расцветая, как нежный бутон.
Но не розой была…

Я тянулась к тебе, словно к солнцу,
Не скупясь ни одним лепестком.
Но не розой была…

А когда, так темно и сурово,
Чувство кончилось – жгла я шипом.
Но не розой была…

* * *
Стою сегодня во дворе
У человека сильного
И вижу ворона его –
Неправых дел посыльного.

Сидит тот ворон высоко
На лиственнице выжженной,
Следит, нахохлившись, за мной,
Когда-то им обиженной.

Не позабыть ему, что я
Была в судьбе у сильного,
Пора признать зов крови и
Родство с неправым сызнова.

Но знаю я, что старый двор
На перемены ёжится,
Сложилось то, что суждено –
Иначе уж не сложится.

А чёрный ворон просидит
Столетия за слежкою,
И кто-то гнёздышко совьёт
Из доброты замешкавшей.

* * *
Обняться бы с тобой, мой друг,
Да канули объятья в омут,
Всплакнуть бы нам с тобой, мой друг,
Да слёзы эти не помогут.

Ты тот, кто слова не сдержал,
Любовь не защитил от ветра –
Пусть, для меня ты лучшим стал,
К другим не шла искать ответа.

Не вопрошай и ты теперь
У женщины, тебя любившей,
Будь счастлив снова, без потерь –
Не с той, очаг не сохранившей.

Уйду, как жить мне довелось –
В печали, с молчаливой статью,
Как будто и не знала слёз,
Не ведала ничьих объятий.