***
В ночь отвори мое стихотворенье,
Ворвись в него, как в августовский сад,
Где ангелов сверкает оперенье,
Озвученные чувства шелестят.
Пройди строкой – росистою тропою,
Как шли когда-то звезды и волхвы,
Услышь себя – и стань душой живою
Среди цветов, деревьев и травы.
***
Изобильность августа блаженного.
До метелей зимних далеко!
Вечер цвета розового жемчуга
С легкой поволокой облаков.
Дарованье сокровенной сладости:
Створки неба ангел растворил!
Все у нас с тобой свершится, сладится
В полноцветье гаснущей зари.
***
Пусть день рыдал, а не радовал,
Перед вечерней зарей
Улыбка Господа – радуга! –
Взошла над влажной землей.
Мост между горними высями
И грешниками-людьми…
Вдруг слезы горести – высохли!
Взгляд к небесам подними,
Доверься знакам завещанным,
Твоя надежда – верна!
Срастутся раны и трещины,
Уйдет из мира война.
* * *
Пленительное сумерек сгущенье,
Плотнее воздух, глубже — синева.
Вечернее вершится превращенье —
Природное явленье волшебства.
Мир замирает, полон сладкой тайны,
Предчувствий, звуков, запахов, теней…
Последний луч за горизонтом тает.
Бездонна тьма. Но свет родится в ней.
***
Закатный медленнее зной,
Бульвар взбешен жарой и душен,
Но сумрак — матовый, жемчужный,
Окутал башни пеленой,
Костер на небесах — потушен.
Недолог птичий гомон, крик,
Сморен истомою медовой,
День тает лентой бирюзовой,
Дыханья отворен родник
И плещется волной кленовой.
Снов окрыленный хоровод
Утешит изнуренный город:
В любви сомкнутся те, кто молод,
А к старикам — покой придет,
Тягучий полуночный солод.
Незримая отступит грань,
Дивясь реальности видени,
Над крышами качнутся тени
И сгинут — в розовую рань,
Стирая знаки проявлений.
***
По душе мне август и сумерки,
Светляков в траве огоньки,
Ночи близости – без безумия –
Что не долги и не горьки.
По душе мне – души молчание,
Нежеланье глядеть вперед
И в объятьях твоих качание,
Как на волнах усталых вод.
По душе мне, целуя родинки,
Не страдать, не искать ответ,
Что с тобой мы просто любовники,
И от этого – боли нет.
* * *
Я ночную свежесть зачерпну
Полной горстью — и лицо умою,
Отводя страданий пелену,
Исцеляясь звонкой тишиною.
Все открытья радостно просты!
Оставляю горький дар пророка,
Возвращаюсь в мир от суеты
К чистоте природного истока.
Принимаю незвучанье слов,
Шорох волн и шум полей пшеничных,
Звезд мерцанье, голоса лесов —
Первозданной жизни безграничье.
***
Шорох дум на дне тишины –
Перебор безвестных наречий.
Все ответы сердцу слышны,
Жив исток дыханья предвечный.
Во вселенской сонной глуши
Стелет ночь туман одеялом
И укрыть сознанье спешит
От слиянья с высшим началом.
Всех глубин постичь не дано,
Путь принятья мудрости долог,
Но любви пробьется зерно,
Как звезды погибшей осколок.
***
Лист желтеет – дело к осени,
В сосняке шаманит лось.
Августа многоголосие
Над землею разлилось.
Сколько скрипов, хрустов, шелестов,
Окликов, ночных рулад!
Лето к завершенью шествует,
Ливень шепчет невпопад.
Наслаждаюсь вкусом, запахом:
– Спелость яблок, ягод сласть!
Благодать рябинным заревом
В темном сердце занялась.
* * *
Сосны на сером вечернем холсте
Кистью неведомого каллиграфа
Пробуждены!.. И плывет в высоте,
Ветром волнуема, августа арфа.
Бездна поэзии в звучных ветвях,
Лирики полон простор поднебесный.
Сердца коснется — и в дальних краях! —
Тихая музыка, тайнопись леса.
* * *
Лето гроз и расколдований,
Рос тягучих, соцветий в рост,
Изумительность расставаний,
Время думать и жить — всерьез.
Нежно с неба глядит хранитель
Завершая светил игру,
Шепчет: помните и любите!
…Я очнулась и не умру.
По-иному звучит тональность,
Обретая ключи родства,
Возвращенье из грез в реальность,
Продолжение волшебства.
Груз земной — тяготенье яблонь,
Чувств, горящих в закатах, гроздь,
Грусть в чертах изменений явных,
Заплутавший в столетьях гость.
***
Рябь бежит по озерной глади,
Розовеет, бодрит заря.
У берез золотые пряди –
Приближение сентября.
Вот и яблоки желтобоки,
Завершает природа круг:
Остывают в деревьях соки,
Скоро птицам – лететь на юг.
Пробегают часы в заботах,
Меньше солнышка в небесах,
Клюква брызнула на болотах,
Подосиновики в лесах.
У крыльца загорелись астры,
Праздник цвета! – И с каждым днем
Ярче грозди рябины красной,
Обнимает листва огнем.
Я прощаюсь с ушедшим летом:
– Август столько дождей принес!
И сижу, обернувшись пледом,
В окруженье осенних звезд.
* * *
Рябина раскраснелась — скоро осень!
Заря прохладной лентой обвила,
И ветер песни грустные приносит…
— А мне еще так хочется тепла!
Я не успела насладиться летом,
Впитать его шальную благодать!..
Вкус августа нам предстоит отведать,
Не торопись прощаться, улетать.
***
Необъяснимая печаль
Расплывчата и молчалива…
Звезда нырнула невзначай
Во тьму глубокого залива,
И разошелся долгий всплеск
Едва заметными кругами…
Вздохнул и затаился лес,
Луна качнулась над лугами.
Я с вечностью наедине
И равновесья не нарушу…
Сиянье – на незримом дне –
Твой образ, озаривший душу.
* * *
Тихий плач — сожаленье, тоска,
Вдоль реки уходящее лето.
Ранний иней блестит на висках,
О разлуке — до времени спето.
Я не знаю, что ждет впереди,
Но предчувствую скорую осень.
Прямо в сердце ударят дожди
Среди старых серебряных сосен.
Может, тщетно ищу перемен,
Озарения, отклика, знака…
Нестерпимый бессилия плен
Под холодным огнем зодиака.
* * *
Тепло последних летних дней!..
Дар изобилья — щедрый, краткий.
Пусть ночи звездные черней,
Вкус августа — щемящий, сладкий.
Цветенья облетевший дух,
Блаженство ароматных яблок!
В заброшенном саду найду
Любви негаданной подарок.
За радостью нахлынет грусть,
Клич птичий отзовется остро…
В твоих объятьях задержусь,
Запомнюсь — на пороге в осень.
* * *
Как звезды желтые в кадушке,
Под сенью леса золотой,
Рассыпаны листвы веснушки
На тихой заводи речной.
Времен сменяющихся плавность
Мудра, печальна и светла.
Шурша травой, уходит август…
Так незаметно жизнь прошла.
***
Ты, знающий цикличность естества,
Сопережил движенье стебля в росте,
Запоминая, как шумит листва,
И летний зной предвосхищает осень.
Пришла пора черту перешагнуть:
Уже покров, нас охранявший, сброшен.
Пусть, открывая новой жизни путь,
Твоя звезда всегда вздохнет о большем.
***
Еще брожу в редеющем лесу,
Вдыхаю запах августовской прели.
Печали неба на плечах несу —
Не всех спасти и разбудить успели.
Свершая выбор, каждый взял свое:
Цинизм, безверье, жажду наслаждений.
Безоблачное праздное житье
Приводит к оправданью преступлений.
Когда предстанем на последний суд,
С нас ангелы за поколенье спросят
И к отмщенью грозному взовут…
— Раскайся в искупительную осень!
