Подборка стихотворений З. Шаховской
«Над морем Эгейским упала звезда золотая…»
Над морем Эгейским упала звезда золотая.
Мы не знаем, кто пел. Может, ветер гудел и вещал,
Только блеск пролетел, просиял и растаял,
Только пена забилась о тени темнеющих скал.
И надежда рождалась, что мы и миры бесконечны,
Безначальны, бессмертны, навеки чисты и светлы,
И идем бороздою широкой и млечной,
Вырываясь безбольно из нас облегающей мглы.
Над морем Эгейским луна так торжественно встала,
Зыбкий мир отдалялся и плыл по безвременью вод,
И катились прохладные эти зеркала,
Отражая еще не рожденный восход.
Нету скучных, ни тяжелых дней
Нету скучных, ни тяжелых дней,
Стало проще все и все бедней,
Стало так свободно и тепло,
И вся жизнь, как тонкое стекло…
Разобьется со звоном, и войдет
То, что смертью кто-то назовет…
Ночью
О просияй, о просветлей,
Узор неясный нашей жизни,
Взметнись над чернотой ночей
Небесной радугою брызни,
Залей водой, сожги огнем,
Схвати и претвори все это,
Очисти все, что было днем,
И приготовь нас для рассвета.
«Расцветают цветы. И в ночи…»
Расцветают цветы. И в ночи,
Как весною оделись деревья.
Одинокая птица кричит,
Из старинного вырвясь поверья.
Это сон или явь? Все равно.
Как воде ледяного колодца.
Нам прозрачное счастье дано
Отраженного воздухом солнца.
Орошенная звездным дождем,
Просыпается ночь для полета,
О котором забудем мы днем…
«Слушай, слушай тишину…»
Слушай, слушай тишину,
Лучше песни не услышишь…
Я в безмолвии тону,
Вьется плющ по красной крыше,
Воздух ясен, чист и прост,
Пятна солнца на панели,
Через реку брошен мост,
Ветер обнимает ели.
Луг блестит и воздух свят,
Птицы по небу летят,
Подождите, подождите,
Я взлетаю в тишину,
Расцветаю в ней, тону,
Тишиной я становлюсь,
Богу тишиной молюсь.
Отдыхаю, отдыхаю,
Тишина — дорога к раю.
Диотима — Ночь
Николаю Татищеву
Диотима уходит, цветы цепенеют в молчаньи.
О прощай, Диотима, прозрачен, как воздух, твой след.
От волос твоих синих идет золотое сиянье,
Драгоценная память тобой совершенных побед.
Оглянись и увидишь. Торжественно шествует мимо
Вереница прошедших веков и забытых имен.
Ты поднимешь для них покрывало твое, Диотима,
Пред тобою склонятся древки побежденных знамен.
Диотима прошла, и рассыпался звездами вечер,
Тишина запевает и птицей небесной поет,
И кружится, кружится, кружится по острову ветер,
Увлекая лавровые рощи в последний полет.
* * *
Ты там, где я. Молчишь, глухая,
Молчишь и смотришь в эту ночь.
Свою судьбу превозмогая,
Себя не можешь превозмочь.
С тобою скованная снами,
Твой гнев неправедный деля,
Я помню, дышит под снегами
Все та же черная земля.
1934
* * *
Невинных нет в моем краю
И даже дети виноваты
Но и в виновных узнаю
Их белых спутников крылатых
Ведь на обширнейшей земле
Давно наученной терпенью
Таится как огонь в золе
Простое ангельское пенье
Оно неслышное растет
Как колос летом колосится
Метелью радужной метет
Вздымается небесной птицей
И в час когда блеснет рассвет
Сметая страхи и тревоги
Оно одно найдет ответ
Напоминанием о Боге.
***
Дней ускользающих не трогай,
Храни заветную печаль,
На этой будничной дороге
Словам пустым не отвечай.
Храни несказанное слово,
И ночью, в пеньи камыша,
Под небом радостным и новым
Проснется спящая душа.
* * *
С каждым часом я не та и ты не тот.
С каждым часом… Смерть нам ближе стала.
Посмотри вокруг себя. Устало
Люди дышат, открывают рот,
Точно рыбы, жадно задыхаясь
Воздухом отравленной земли.
Господи, все темное спали,
Но спаси простое сердце наше.
***
Земля — это темное слово
Под небом светло-голубым.
Мы боремся с миром суровым,
Мы падаем в тающий дым,
Где мы, благодарные, слышим
Прекрасное пенье земли,
Звенящие капли по крыше,
Дыхание ветра вдали.
Но воздух земной отлетает,
И с каждой блестящей луной
Все ближе к земле подступает
Последний и чистый покой.
МОЛОДОСТЬ
1
Прими опять и песни и слова,
Тебя отметившие горем новым,
Тебя связавшие узлом суровым,
Тебя не разорвавшие едва.
Прими, склонись и поцелуй следы;
Ведь это молодость, и дар ее последний —
Вот эта боль, вот эти свето-тени,
Покрывшие июльские сады.
2
Бледных рук твоих не устаю
Наблюдать усталые движенья.
Третий день стою я на краю
Безнадежности и отреченья.
Только темные глаза твои
Остаются в тающей дали.
3
Золотые глаза твои,
Золотые глаза за беспечальны.
Запах леса и теплой хвои,
Звук неузнанный первоначальный
Ускользающей синей воды,
Тишина соблазненного рая,
И планета летит голубая,
Как пчела за медовым цветком.
***
Освобожденные рабы,
Одни живем в безумьи ночи
И не уходим от судьбы,
Но, как безумные, пророчим.
Летят, летят живые дни,
И смерть уже летит навстречу
И выкорчевывает пни
И гасит тающие свечи…
* * *
В. Х<одасевичу>
Эту землю, это небо,
Этот черствый ломоть хлеба,
Эту беженскую грусть,
Это беженское «пусть»,
Этот нежный смех ребенка,
Этот голос громко-звонкий,
Летний день и зимний вечер,
Горем сгорбленные плечи,
Уходящий свет зари,—
Навсегда нам озари.
***
Без денег, даже без друзей,
Ив шуме городском, отравном,
Богаче тот, кто всех бедней,
Светлее, чище и бесславней.
И сердце бедное мое
С печалью темной незнакомо,
Оно всегда хвалу поет,
Оно всегда и всюду дома.
Я не плачу за свой ночлег,
Хожу с протянутой рукой,
Но тормозит мой легкий бег
Добро, накопленное мной.
Благословляя тех, кто дал,
Благословляю тех, кто не дал,
Кто слово доброе сказал,
Кто позабыл меня и предал.
И в страшный час земной разлуки
Благословенно бытие,—
Прими, Христос, пустые руки
И сердце полное мое.
***
Безлюбовное счастье. Синеют цветы,
От жары и от ветра легко разлетаясь.
Никуда не уйти от твоей чистоты,
Что под небом сияющим радостно тает:
Никуда не уйти. Но над строгой землей,
Над словами пустыми, над терпкой тоскою
Загорается яркий огонь голубой,
И мы можем к нему прикоснуться рукою,
Прикоснуться к нему. Просветлеть, просиять,
Обманувшее сердце руками сжимая,—
И вернуться к простому покою опять,
Ничего не забыв, ничего не желая.
* * *
Р .М .
Под этим уходящим светом,
Вот в этой духоте земной,—
Необходимо быть поэтом.
—Над этой мертвою водой,
—На этих мереных просторах,
—Меж четырех давящих стен…
(Играет ветер в белых шторах
И разрушает мертвый плен.)
Здесь все обманчиво и ложно,
Здесь шаг, и ты уже не ты,
И тот же ветер осторожно
Целует белые кресты.
