Звезды
Ночь приходит,
я стою на крыльце и слушаю,
звезды роятся в саду,
а я стою в темноте.
Слышишь, звонко звезда разбилась.
Не ходи босиком по траве:
в моем саду полно осколков.
Перевод И. Бочкаревой
Два прибрежных стихотворения
I
Гола моя жизнь,
как серые скалы,
холодна моя жизнь,
как белые горы.
Но у молодости моей горело лицо
от радости: солнце восходит!
И солнце всходило, и я лежала нагая
долгие дни в серых скалах,
веяло холодом с заалевшего моря —
солнце село!
II
В серых камнях
белое тело твое лежит и грустит
о приходящих и уходящих днях.
Сказки, слышанные в детстве,
плачут в сердце.
Тишина. Откликнуться не на что.
Ты одна. Отразиться не в чем.
Синий воздух льется из каменных трещин.
Перевод И. Бочкаревой
Свеча на окне
Поставили на окно
горящую свечу:
кто-то умер.
Если молчат у дороги,
которая оборвалась
на церковном дворе, в тумане.
Птица свищет:
кто умер, кто?
Перевод И. Бочкаревой
Странствующие тучки
Странствуя, тучки застряли на склоне горы,
долго недвижно в тишине они размышляли:
недруг ли ветер их по равнине развеет,
или они поплывут над вершинами снежными к солнцу.
Странствуя, тучки солнцу застили путь,
в траурных флагах будней такая тяжесть,
ниже, в долине, шаркая, тащится жизнь,
звуки рояля летят из открытых окон.
Пестрый ковер долины — лоскут к лоскуту,
вечный снег на вершинах сахарно тверд…
Тихо в долину сходит зима.
Улыбаются великаны.
Перевод И. Бочкаревой
Любовь
Душу свою, как одежду небесного цвета,
я сложила на камне у моря
и пришла к тебе голой, и была похожа на женщину.
Как положено женщине, я села за твой стол,
глотнула вина и запах розы вдохнула.
Гостья тебе показалась красивой, похожей на твои сновиденья.
Я все забыла, я забыла детство и дом,
я понимала одно — твои ласки держат меня в темнице.
Ты засмеялся и зеркало мне протянул.
Я увидала, что плечи мои — прах: они рассыпаются,
что моя красота больна: ей хочется только исчезнуть.
Обними меня крепче, чтобы мне ничего не хотелось.
Перевод И. Бочкаревой
Незнакомое дерево
Незнакомое дерево в пестрых плодах,
незнакомое дерево в красных серьгах
стоит на солнечно склоне и шелестит:
— Ко мне, моя доченька ясная, бродяжка осенняя, ушко лесное,
я расскажу тебе, откуда приходит счастье, куда уходит.
Прижмись ладонью ко мне, и я
спрячу тебя под осенней парчой.
Ко мне, моя ласковая, сказочная, счастливая, жаркая,
я покажу тебе дорогу, которую не найти в одиночку.
Ко мне, моя бледная, моя кровожадная,
ступай далеко-далеко, туда, где тебя не знают,
там повстречаешь восточные очи,
они не спросят тебя ни о чем, они дремотно-печальны.
Ты будешь жить далеко от дома и будешь счастливой.
Перевод И. Бочкаревой
Сестра жизни
Жизнь похожа на смерть, они – сёстры.
Смерть – как жизнь:
приласкайся к ней, прикоснись к руке, пригладь ей волосы –
она протянет тебе цветок, улыбнётся.
Спрячь лицо у неё на груди –
и она тебе скажет: пора!
Но не скажет тебе, что она на сестру не похожа.
Да, смерть не лежит, уткнувшись в землю бело-зелёным лицом,
или навзничь на белом одре:
розовощёкая смерть бродит по свету и равно говорит со всяким.
Лицо её мягко и кротко,
она кладёт свои нежные руки тебе на сердце.
Но того, на чьё сердце легли эти нежные руки,
никакое солнце уже не согреет,
он холоднее льда и никого не любит.
Перевод И. Бочкаревой
Лето в горах
Незатейливо лето в горах:
цветы на лугах,
Улыбки старого сада,
И ручей бормочет о найденном счастье.
Перевод И. Бочкаревой
Осенний день
Осенний день прозрачно прорисован
на плотном фоне золотых лесов.
Осенний день с улыбкою лучистой
так сладко-сладко, безмятежно спит,
от зелени устал, цветами сыт,
в венке из красных виноградных листьев.
Осенний день изжил свою печаль,
его персты уже совсем остыли.
Уснул — и видит: золотую даль
неслышно хлопья белые сокрыли.
Перевод И. Бочкаревой
Опасные сны
Не приближайтесь к своим снам:
они – туман и могут исчезнуть,
они опасны и могут ожить.
Вы видели, какие глаза у снов?
Они больны и ничего не видят,
они смотрят в себя.
Не приближайтесь к своим снам:
они – обман, они должны уйти,
они – безумие, они хотят остаться.
Перевод И. Бочкаревой
Жить — победа
Чего мне бояться? Я — часть бесконечности.
Я — часть великой силы вселенной,
неповторимый мир среди бессчетных миров,
ярчайшая звезда, которая все равно погаснет.
Жить — победа, дышать — победа, быть собой — победа!
Победа — чувствовать в жилах бег ледяного времени,
слышать бесшумный поток ночи,
стоять на скале под солнцем.
Я иду по солнцу, стою на солнце,
и ничего не знаю — только солнце.
Время, вечно ты с новшествами, с разрушениями, с соблазнами,
все-то с каверзами, все с вариантами: не хочу ли я жить
как маленькое зерно, как свернувшаяся змея, как скала среди моря?
Время, убийца, — уходи из меня!
Солнце меня наполняет сладостным медом
и говорит: все звезды когда-нибудь гаснут, но светят без страха.
Перевод И. Бочкаревой
Grimace d’artist
Нет у меня ничего — только сияющий плащ
и красная дерзость.
Красная дерзость моя отправляется за удачей
в жалкий мир.
Нет у меня ничего — только лира под мышкой,
упрямое пенье струн.
Упрямая лира моя поет для людей и скотины
среди дороги.
Нет у меня ничего — только кичливый венец
и гордость бродяги.
Гордость моя с лирой под мышкой уходит.
Общий поклон.
Перевод И. Бочкаревой
Бык
Что мешкает бык?
Вот красный платок — мой норов.
Разве я не вижу набухшие кровью глаза?
Разве не слшу натужное бычье дыханье?
И не дрожит ли дорога под копытом сурового зверя?
Нет.
Бык-то безрогий.
Воткнулся в ясли.,
тупо жует жесткую жвачку.
Безнаказанно веет по ветру самый красный в мире платок!
Перевод И. Бочкаревой
Буря
Люди,
разве идущая по небу буря —
не та, которую ваша тоска
взметнула к вечным высотам
из орлиной темницы?
Кто эту бурю оборет?
Кого она с ног собьет,
рухнув с высот, самоуправная, древнекрылая?
Слышите
голоса в буре?
Марсовы шлемы в тумане…
Гости садятся за опрокинутый стол.
Неизвестные правят миром.
Благородней, прекрасней, богоподобно.
Перевод И. Бочкаревой
Пешком прошла я Солнечную систему
Пешком
прошла я Солнечную систему,
пока не нашла верную красную нить для своего облаченья.
Предчувствую себя.
Где-то среди планет висит мое сердце,
из него, сотрясая пространство,
сыплются искры навстречу другому безмерному сердцу.
Перевод И. Бочкаревой
К сильным
Спасайтесь в одиночестве! Будьте людьми!
Не скрюченными карликами,
не отупевшими узниками,
не цепными орлами с дряблыми крыльями.
Учитесь стоять, как сосны в пекле пожара.
Учитесь жить по законам звезд.
Святые, герои, распрямитесь и станьте колоннами в храме истины.
Будьте упорны, как волны во время шторма.
Возьмитесь за руки, братья, — мир начинает меняться.
Дни осенней печали прошли навсегда.
Перевод И. Бочкаревой
Факелы
Зажгу над землей факелов рой.
Пусть ярко пылают во мраке
Над каждой охотничьей хижиной в Альпах,
Где воздух прозрачен и свеж,
Над северной тундрой,
Где блеклое небо грустит…
Свети, мой огонь, всем скорбящим, испуганным,
Всем удрученным, обидой придавленным!
Люди, доброго бога ладони
К вам протянули щедрый подарок,
То, без чего вы мертвы, — красоту!
Перевод Э. Александровой
Большой сад
Все мы — бездомные странники,
родные братья и сестры.
Мы проходим полунагие, в лохмотьях, с котомками,
но владетельные особы ничуть не богаче нас.
Такие богатства сквозь воздух к нам струятся,
что на золото их не купишь.
Чем дольше мы бродим по свету,
тем ясней понимаем, что мы — родные.
С прочими у нас отношенья просты:
мы отдаём им душу.
Будь у меня большой сад,
я созвала бы туда всю родню.
Каждый принёс бы всё, чем богат.
И без родины стали бы мы народом.
Мы обнесём наш сад такою оградой,
чтобы снаружи к нам не проникало ни звука.
Из этого тихого сада
выйдет на землю новая жизнь.
Перевод И. Бочкаревой
Страна, которой нет
Я тоскую об этой стране, которой нет,
обо всем остальном я устала уже тосковать.
Рассказали мне серебристые лунные руны
об этой стране, которой нет.
Страна, где чудесно исполняются наши желанья,
страна, где падут наши оковы,
страна, где нетерпеливый лоб охладится
в лунной росе.
Вся моя жизнь была обжигающим заблужденьем,
но одно я нашла, одним я владела на деле:
дорогой в страну, которой нет.
По этой стране, которой нет,
идет возлюбленный мой в искристом венце.
Но кто он, возлюбленный мой? Ночь темна,
и звезды дрожат в ожиданье ответа.
Но кто он, возлюбленный мой? Как его имя?
Своды неба вздымаются выше и выше,
и дитя человеческое потонуло в туманах
и не знает ответа.
Но дитя человеческое — не что иное, как вера,
тянутся руки его за пределы небесного свода,
и приходит ответ: я — тот, кого ты любишь и будешь любить всегда.
Перевод И. Бочкаревой
Мы, женщины
Мы – женщины, мы ближе к темной земле,
мы спрашиваем кукушку, какая будет весна,
мы припадаем к высокоствольной сосне,
мы на закатном небе ищем примет и советов.
Я любила мужчину – он ни во что не верил.
В холодный день он пришел, ничего не видя,
в тяжелый день он ушел, ничего не помня.
Если родится мертвый – значит, в отца.
Перевод И. Бочкаревой
Моя душа
Моя душа не умеет ни рассказать, ни уверовать,
моя душа умеет только плакать, смеяться, заламывать руки,
моя душа не умеет ни запомнить, ни защитить,
моя душа не умеет ни рассудить, ни доказать.
В детстве я видела море, оно было синим,
в юности встретила я цветок, он был красивым,
теперь рядом со мной незнакомец, он без цвета,
но я боюсь его не больше, чем дева — дракона.
Когда подоспел на подмогу рыцарь, дева была бела и румяна,
а у меня под глазами темные кольца.
Перевод И. Бочкаревой
Эросу
зачем ты завел меня в темные земли?
я уже не летаю, я уже не мечтаю,
Перевод И. Бочкаревой
Зачем мне дали жизнь?
Зачем мне дали жизнь?
Просверкать перед народом в триумфальной колеснице
непостижимей и быстрее рока,
без мысли, без воли,
и тосковать о большем?
Зачем мне дали жизнь?
Кольцеукрашенными руками
схватить блестящий кубок
с запретным зельем
и жаждать большего?
Зачем мне дали жизнь?
Переходить волшебной книгой из рук в руки,
прожигая души,
пробегая, как пламя по пеплу,
и жаждать большего?
Перевод И. Бочкаревой
Инстинкт
Мое тело таинственно.
Пока эта хрупкая штука еще не сломалась,
нужно, чтобы вы узнали ее силу.
Я спасу мир.
Поэтому кровью Эроса горят мои губы
и золотом Эроса — мои усталые кудри.
Пусть я устала или разбита,
пока я зряча, земля — моя.
Когда я устало лежу на этом ложе,
я знаю: в моей усталой руке — судьба всего мира.
Эта сила еще трепещет в моем башмаке,
эта сила еще шевелится в складке платья,
для этой силы не существует пропасти, предстоящей вам.
Перевод И. Бочкаревой
Vierge moderne
Я — не женщина. Я — средний род.
Я -дитя и паж, и дерзкое решение.
Я -луч, смеющийся в багрянце солнца.
Я -сеть для жадных рыб.
Я -кубок в честь всех на свете женщин.
Я -шаг к случайности и к гибели,
прыжок к свободе и в самое себя.
Я -голос крови, услышанный мужчиной,
холод сердца, томление плоти, воздержания запрет.
Я — вывеска у входа в новый рай.
Я -пламя, ищущее и не знающее страха.
Я -набегающий поток воды.
Огонь, вода — я добровольный, честный их союз.
Перевод И. Бочкаревой
Гений Апокалипсиса
Пожар во мне, о люди,
пламя, дым, запах опаленной плоти —
смута.
Из схватки хаоса я возникаю.
Я — бунт первостихии,
библейский апокалипсис.
А жизнь вокруг — божественна.
Бунт — во мне.
Вы же, безропотно-смиренное
божье воинство, — вы зачем?
Так, зияние пустоты.
Странное творится за рока завесой.
Насмешники и скептики,
не прикасайтесь вашими руками
к таинству жизни —
она божественна!
Он — для рук ребенка.
Певцы былых времен
не просто перебиради струны лиры.
Они были преображенными богами,
соглядатаями богов.
Поэты древние — утешьтесь:
струилась в ваших жилах
благороднейшая кровь —
пурпурно-пламенная кровь воителей.
Песни суть — в сражении.
Перевод И. Бочкаревой
Издание: Библиотека финской литературы. Поэзия Финляндии Перевод с финского и шведского / Сост. и послесл. Э. Карху. — Москва : Прогресс, 1980. — 383 с.. — (Библиотека финской литературы).
