«Кузаранда» — табличка обочь
но в округе одни перелески.
— Где дома-то? И белая ночь
мне ответила глухо и резко:
— Вы же сами отсюда ушли,
Вам игра — плакать на пепелище.
Вот остатние избы вдали,
а за ними уже и кладбище.
Горький северный русский пейзаж:
небеса линовали стропила,
а дорога взбиралась на кряж,
где теснились родные могилы.
Только чу! Из глубин голоса:
«Быдто Ладожско…»* — гордо и строго.
Ну а дальше — уже небеса:
В облаках пропадала дорога.
* Из «Плача о старосте» И.А. Федосовой
